Коммуникация

Женщина отправляется в магазин, объезжает с тележкой ряды с выставленным товаром, выбирает то, что ей нужно, подходит к кассе, получает чек, расплачивается, берет сдачу, упаковывает купленное в пластиковые пакеты, возвращается на метро домой, поднимается на лифте на свой этаж, выкладывает купленные продукты на кухонных стол, принимается за приготовление пищи. Муж возвращается с работы, снимает пальто, садится с газетой в кресло и углубляется в чтение. Когда стол накрыт, они быстро едят, после чего он смотрит телевизор, а она моет на кухне посуду. Когда посуда вымыта, она берет газету и пролистывает ее, задерживая взгляд на последних страницах, где собраны некрологи.

Все происходит, как в немом кино. Слов не слышно, в качестве сопровождения лишь шум телевизора.

Если бы кухня не была такой маленькой, то, возможно, муж, вместо того чтобы сесть в кресло в комнате, присел бы на кухне, где хлопочет его жена. Она бы налила ему стакан пива и, может быть, в другой стакан себе. Они бы поговорили о пришедшей почте, мужчина помог бы ей накрыть стол, и завязавшийся разговор продолжился бы и за едой. Особенно к беседе располагает ужин, когда уже никуда больше не надо спешить и можно не спеша поесть и поговорить. Разговор течет, меняя темы, а если на столе стоит бокал вина, то беседа, кажется, может длиться до бесконечности. За ужином можно обсудить все, что накопилось за день.

Меня всегда раздражали проповедники здорового образа жизни, которые призывали отказаться от ужина, как от нечно нездорового. Они считают, что прием пищи вечером вредит здоровью. Но, что такое здоровье? Пищу требует не только тело, но и наш разум и наша душа. Мое здоровье зависит не только от желудка. Не меньшую роль в хорошем самочувствии играет радость, которую я испытываю от общения с друзьями. Возможно, у нас не было бы классической античности, если бы древние греки питались иначе, а не так как это было у них принято в то время: отсутствие завтрака, скудный обед и щедрый ужин с вином. Именно за таким вечерним столом родились знаменитые диалоги Платона.

Житейские, профессиональные или производственные проблемы решаются намного проще, если вы обсуждаете их, сидя вечером за совместным ужином, а не за офисным столом при свете дня. Стихотворения Хельдерлина и философия Гегеля рождались как раз во время таких ужинов в кругу друзей.

Лучшее средство воспитания трудных детей – не начинать завтрак, обед или ужин, пока за стол не сядет вся семья. Это упорядочивает распорядок дня, хотя и идет в разрез с материнской любовью, следуя которой женщина готова накормить каждого в отдельности, когда-бы он ни пришел домой. Когда все собираются за столом, обязательно завязывается разговор. Здесь соблюдается основной принцип воспитания – говорить не таясь обо всем. Причем, в таком процессе воспитания оказываются задействованы не только родители, но и гости. Обязательным условием здесь является то, что исключение не делается никому, даже главе семейства. Зачастую отцы считают, что поддерживают свой авторитет тем, что садятся за стол, когда им вздумается. На самом деле, такой необязательностью они лишь подрывают уважение к себе.

Так как домашний персонал сейчас в дефиците, нет ничего позорного в том, если дети и отец помогут матери накрыть на стол или убрать посуду после еды.

Важной составляющей коммуникации является, разумеется, приготовление пищи. У нас в семье, например, было заведено, что мы по очереди готовили на выходных или во время каникул. Каждый день дежурили два человека. Они готовили завтрак, накрывали на стол и мыли посуду. Благодаря нашему дежурству у мамы был выходной день. Иначе бы ей пришлось трудиться на кухне все семь дней в неделю. Заодно мы соревновались между собой, у кого дежурство получилось лучше. Разве дети не могут отварить яйцо или приготовить бутерброды? Иногда они делают это даже лучше некоторых взрослых.

Если семья небольшая, то случается, что центр дома смещается из гостиной в кухню. Детям здесь всегда очень интересно. Они любят наблюдать, как мама готовит, а еще с ней можно поговорить, ведь на кухне не так уж и шумно. Они с удовольствием помогут маме, если она попросит. И пусть, от них потребуется лишь порезать лук, но это будет их вклад в приготовление блюда. На кухне всегда приятно пахнет, глаз радует красивая посуда, а от шипения сковородок и пыхтения кастрюль начинают течь слюнки.

По-настоящему хорошая кухня не изолирована наглухо от гостиной. В такой кухне женщина перестает быть служанкой, запертой в тесноте. Женщина превращается в ключевую фигуру семьи, и она принимает участие в разговорах детей или гостей. Одновременно гости могут видеть, что происходит на кухне и даже принять участие в процессе приготовления пищи.

Кухня становится новым центром дома, а центральное место здесь занимает плита. Лишь времена абсолютизма изменили роль кухни, поделив людей на господ и тех, кто им должен прислуживать, в том числе на кухне. До этого времени человеческая культура развивалась вокруг очага, прирученного огня. Некоторые крестьянские дома в Нидерландах сохранили до наших дней привычный уклад, когда в центре дома расположена большая кухня, а вокруг нее находятся ниши для сна. Центральное место занимает очаг, а вокруг расположены обеденные и рабочие столы. Здесь занятая на кухне женщина может легко следить за играющими детьми, принимает участие в общих разговорах, во время которых обсуждают работу, погоду и людей. Даже стоя у плиты женщина сохраняла свою центральную роль.

Камин в залах дворцов эпохи ренессанса еще использовали для приготовления пищи, в частности мяса. Основная же кухня была уже отделена от остальных помещений. Лишь в крестьянских домах до наших дней сохранилась традиция кушать приготовленную пищу прямо на кухне. Исключение составляет лишь воскресенье, когда могут накрыть стол в гостиной. В квартирах рабочих кварталов, построенных в прошлом веке, кухня и столовая были соединены в одном помещении. Причиной тому были не только соображения экономии. В этом помещении люди собирались, общались, помогали друг другу. Сегодня, когда мы осознанно возвращаемся к этой модели, мы делаем это в силу человеческой природы. Но мы стремимся к кухне нового формата, которая бы, не располагаясь в архитектурном центре квартиры, была бы все-таки центром притяжения жизни в доме. Мы сможем излечиться от некоторых болезней цивилизации, если вернем на кухню теплоту человеческого общения, и приглашение в гости не будет больше подразумевать лишь сидение в гостиной.

Я вижу в этом не только акт в защиту женщины, когда мы возвращаем ей то положение в доме, которого она достойна. Вызволяя женщину из заточения на кухне, мы не только содействуем эмансипации, но и создаем естественные условия для нормального общения людей разных возрастов, полов и интересов.